— Хорошая работа, — сказал он, похлопав рукой по стенке фургона. — Вижу, что вещи доставлены в целости и сохранности.

Круглое лицо капитана сморщилось, как смятая салфетка.

— Не совсем так, сэр, — промямлил он. — Я очень сожалею об этом.

— Что вы хотите сказать?

Капитан съежился и втянул голову в плечи. Джефферсон грозно навис над ним, как сторожевая башня, хотя уже и не был президентом Соединенных Штатов. В этот момент казалось, что он просверлит беспомощного капитана насквозь сверкавшими от гнева глазами.

Пока капитан рассказывал о случившемся, Джефферсон стоял молча и так крепко сжимал пальцами шляпу, что чудом не разорвал ее на мелкие куски.

Чемодан Джефферсона был разграблен на последнем участке длительного перехода, когда грузовое судно остановилось на ночь неподалеку от Ричмонда. Капитан рассказал, что грабитель проник на борт судна в тот момент, когда оно было пришвартовано к пирсу, а команда спала на берегу, а потом… он, должно быть, выбросил содержимое чемодана в воду. При этом капитан протянул Джефферсону несколько смятых и грязных листов, которые, по его словам, они обнаружили на берегу.

Джефферсон молча смотрел на промокшие листы, а потом сказал, с трудом находя нужные слова:

— И ничего больше не украдено?

— Нет, сэр, — быстро ответил капитан и просветлел от возможности продемонстрировать оставшиеся вещи. — Только этот чемодан.

«Только этот чемодан».

Эти слова гулким эхом отозвались в ушах Джефферсона, словно были произнесены в огромной пустой пещере.

— Расскажите, где вы нашли их, — строго потребовал он.

Через некоторое время Джефферсон уже скакал на лошади вдоль реки вместе со своими друзьями, тщательно осматривая оба берега. После нескольких часов напряженных поисков они обнаружили и выудили несколько листов, прибитых волной к берегу. К сожалению, за исключением некоторых из них, почти все словари были безнадежно испорчены водой и грязью.